Песни Убинско-Ульбинской долины: особенности воспроизведения песенных текстов

Людмила Махова

Фрагмент аннотации к звуковому DVD (цифровом многоцелевом диске (Digital Versatile Disc)) FСMC 001. Песни Убинско-Ульбинской долины

При составлении сборников В. М. Щуров старался тексты песен, передаваемых из поколения в поколение в устной форме, привести к нормам письменного литературного языка, лишь изредка отражая их орфоэпические особенности. В настоящем издании песенные тексты сверены с фонограммами и отредактированы Е. В. Битеряковой и Л. П. Маховой. При этом в ряде случаев восстановлены пропуски
слогов, отдельных слов и целых строк.

Некоторые фонограммы представляют неполную запись песни. В таких случаях тексты были дополнены или реконструированы составителем сборника. При переиздании реконструкции Щурова уточнены по рукописям, а в комментариях указано: «Текст дополнен по записи в экспедиционной тетради». Например, текст свадебной
песни «Как по сахару вода текёт» (№ 1) восстановлен по записи в тетради: РФ НЦНМ1. Ед. хр. 1220. С. 7–8 (см. с. 191 сборника). В  том случае, когда рукопись обнаружить не удалось, указано: «текст песни в экспедиционных тетрадях отсутствует» (см. комментарии к № 53, с. 199).

Говор старообрядцев-«поляков» является вариантом акающего южнорусского диалекта с элементами яканья. При записи песенных текстов речь исполнителей воспроизводится нами в упрощенной транскрипции: при чтении следует учитывать аканье, характерное для литературного языка, то есть [о] в безударной позиции произносится как [а]. Если [о] меняется на другую гласную, — она выписана; например, ма́монька следует читать как «ма́манька», в другом случае будет написано «ма́мынька». Редукция2 гласных проявляется в следующих вариантах их перехода в безударном положении в другую гласную, например:

▪ [а] > [ə]: пощýпэй, да пощýпай (№ 30а) — замена [а] > [ə] встречается редко;
▪ [о] > [ы]: мáмынька, нéкыму;
▪ [о] > [у]: сусéд;
▪ [ы] > [у]: вуводи́ла (№ 3).

Особенный «выговор» старообрядцев-«поляков» отмечал этнограф и фольклорист Г. Н. Потанин3. В очерке 1863 года «Юго-западная часть Томской губернии в этнографическом отношении»4 он писал: «Население Сибири почти везде говор наречием новгородских колоний, т. е. архангельской, вологодской, пермской и других соседних губерний. Разумеется, что это наречие не везде в одинаковой силе: местами оно более приближается к новгородскому, местами усиливается другое “акающее” наречение, <…> местами оба они сливаются в среднее между ними наречие русских городов, как напр[имер] у казаков на Иртыше. Самостоятельное образование этого говора, близко подходящего к литературному языку, следует приписать разнообразию элементов, обобщившихся под влиянием сильно развитой грамотности и особенного образа жизни, часто сталкивающего казака с людьми разных состояний. <…> Кроме того есть еще местности, которые резко отличаются своею речью, но их мало, и посреди господствующего наречия представляются ничтожными островами, как например деревни “поляков”. Они, кроме особенного выговора, сохранили еще много особенных слов; я успел записать только следующие: глечик — горшок, клун — овин, лусточка — ломоть, кулаечка — судомойка; в остальной Сибири слова эти неизвестны»5.

По наблюдениям Потанина, «в сибирской речи есть неправильности и особенности, из которых некоторые, может быть, свойственны ей одной», например: «т часто переходит в к и наоборот, и потом обе они переходят в ч: <…> Кит (вм[есто] Тит), трахмал, <…> клящий мороз (собственно палящий) здесь иногда переходит в тлящий; примеры перехода в ч: чежело, чинжаль*6. В некоторых деревнях <…> ц переходит почти во всех случаях в с; здесь говорят: сана, свела, вм[есто] цена, цвела**7, я́иса, бойса́ , вм[есто] яица, бойца***8. На Иртыше, около Семипалатинска, любят заменять ч и щ буквой ш, иногда двойною: язышник, отошшать, пушшай»9.

Так как на диске представлены песни старообрядцев-«поляков», проживавших в селах, расположенных вдоль Бийской казачьей линии10 (рис. 1), наблюдения Г. Потанина и его описания говоров казаков и «поляков» очень важны. Например, в некоторых словах на месте орфографического сочетания [чн] в речи старообрядцев-«поляков» сохранилась старая норма произношения [шн]: девишник вместо девичник. В исследовательском очерке «Опыт характеристики локальной песенной традиции» (с. 7) В. М. Щуров написал название вечерки, во время которой невеста прощается с девичеством в кругу подруг, именно в диалектной форме — девишник. Замена [чн] на [шн] в песенных текстах также встречается в словах клюшник (№ 78) и разлушник (№ 6).

Замеченная Потаниным замена [ч] на [ш] зафиксирована также в словах: без бели́личек11 (без бяли́лушик, № 13) и крепче (крéпши, № 73).

Замена [т] на [ч] в слове тяжело отмечена дважды: «Под чяжёлыю-то работушку» (№ 5, с. Быструха, с. 148) и «служба чижала́» (№ 68, с. Тарханка, с. 179).

Замена [к] на [т] звучит в прилагательном «ширóтенькый» вместо широкий, ширóкенький. Например, «ширóтенькыя» улица (№ 40, Черемшанка, с. 162), милóй «по ширóтенькыму ходит двору», «со ширóтенькыва едет двора» (№ 62, с. Быструха, с. 174), выезжает «во ширóтенькое, ой, во широкó поле» (№ 58, с. Черемшанка,
с. 172).

В Быструхе записана еще одна лирическая песня, не вошедшая в сборник, в которой используется прилагательное: «вяли́тенькый» вместо великий, вели́кенький:

«Давяло мине знать гулянья до конца
-ой, да вяли́тинькыва до бясчестья, до стыда…»
[НЦНМ И1875-15]

[К] меняется на [т] также в словах:

▪ келья: «свою тéл[ь]ю зимлянýю» (№ 43, с. 163);
▪ ковыль: тавы́ль (№ 72, с. 182);
▪ не спокинь: не споти́нь (№ 81, с. 185–186).

Замена [щ] двойным [шш] в издании 2004 года выписана в №№ 22, 53 и 80. Такое замещение зафиксировано намного шире: в селах Бутаково (№№ 22, 38, 53), Быструхе (№ 89), Выдрихе (№ 42) и Заубе (№№ 4, 11, 45, 80):

▪ блéшшет (№ 89);
▪ по и́грышшу (№ 45);
▪ ишшý (№ 42);
▪ кряшшéнские, кряшшéнския (№№ 4, 80);
▪ наёмшшички (№ 53);
▪ пушшý (№ 38);
▪ рóшшица (№ 11);
▪ я́шшик (№ 22).

«Поляки» часто заменяют [ц] на [с], например:

▪ братец: брáтис (№ 17), брá(во)тсы (№ 50);
▪ дворцы: кóвансы-дворсы́ (№ 6);
▪ девица: дéвиса-душа (№ 14), дéвису (№ 18);
▪ кованцы: кóвансы-дворсы (№ 6);
▪ конец: по конéс (№ 3), консý-краю (№ 53);
▪ купец: купсý (№ 9), у купсá (№ 51);
▪ лицо: лисó (№ 27), ко лисý (№ 14);
▪ масленица: на мáсленисы (№ 30);
▪ молодец: мóлыдес (№№ 13, 21, 60), молодéс (№ 65), мóлыдса (№№ 14, 65),
молодсá (№ 36), у мóлодса (№ 64), мóлыт(ы)са (№ 38), мо́лыдсу (№№ 3, 9,
39, 65);
▪ немец: нéмсу (№ 46);
▪ немецкий: нямé(ты)ской (№ 46);
▪ раздольице: раздóльитса (№ 22);
▪ рощица: рóщиса (№ 61);
▪ сердце: сéр[д]са (№№ 12а, 71), на сéр[д]сы (№ 71), сердсý (№ 78);
▪ собраньице: при собрáнисы (№ 12а);
▪ солнце: сó[л]нса (№ 38, 39, 83);
▪ улица: ýлису (№ 30а), на вýлису (№ 31), по вýлисы (№ 38); по ýлисы (№ 58), по вýли(ты)сы (№ 46);
▪ утица: ýтису (№ 15), (в)ýтису (№ 16);
▪ цвели: свели́ (№ 40);
▪ цвет: свет (№ 56);
▪ цветочек: светóщик (№ 85), святóчик (№ 90);
▪ цветы: светы́ (№ 40).

В устной речи замену [ц] на [с] можно услышать в словах «отéс» и «мóлыдис» в рассказе перед исполнением песни № 60 «Эй, да уж ты пей-ка, ты, добрый молодец» (с. Тарханка). В этом фрагменте также встречается глагол начинаем, который звучит как «начинам». В глаголе произошла утрата [j] в окончании с последующим
уподоблением и стяжением гласных:

▪ начинáем (начинáйем) — начинáэм > начинáам > начинáм.

Перехода [ч] в [щ] Потанин не отмечал, между тем это очень распространено в селах старообрядцев-«поляков». В песне «Течёт речка текучая» (№ 2) это происходит в нескольких словах подряд — поют «Тищёт рéщка текýщея».

Замена [ч] на [щ]:

▪ бели́лички: биз бяли́лищек (№ 31);
▪ в бо́речке: во бо́рещке (№ 80);
▪ в люлечке: во лю́лищки (№№ 9, 25);
▪ веночек: вянóщка (№ 81);
▪ ветричку: вéтрищку (№ 3);
▪ вечорочки: вящóрыщки (№ 64);
▪ винтовочки: винтóвощки (№ 80);
▪ во пеленочках: во пялёныщкых (№ 25);
▪ во походичке: во похо́дищки (№ 71);
▪ водичку: води́щку (№ 64);
▪ вручала: приврущáла (№ 3);
▪ вчера: вщарá (№ 81);
▪ вытопчем: вы́тыпщим (№ 33);
▪ далече: далéще (№ 85);
▪ девичьем: при дяви́щьим (№ 12а);
▪ девчоночка: дявщóнка, дявщóнычка (№ 81), дявщóныщку (№ 60),
со девчóныщкый (№ 21);
▪ деньжоночки: дяньжóныщки (№ 30а);
▪ доченька: дóщинькя (№ 23);
▪ дочка: дóщка (№ 6);
▪ дружочек: дружóщик (№ 57, 81), дружóщка (№ 67);
▪ зачем: защéм (№№ 3, 4);
▪ злосчастная: злосщáстная (№ 67);
▪ из полечка: из пóлещка (№ 22);
▪ казаченьки: казáщиньки (№ 48);
▪ качалась: кащáлась (№ 25), кащáлыся (№ 9);
▪ ключевой: клющевóй (№ 41);
▪ колечушко: колящушко (№ 61);
▪ корабличек: корáблищик, корáблищка (№ 48а);
▪ корешочки: коряшóщки (№ 61);
▪ красоточка: раскрасóтыщке (№ 71);
▪ кричала: крищáла (№ 81);
▪ кручинушка: крущи́нушка (№ 65);
▪ кукушечки: раскукýшещки (№ 61);
▪ ласточка: лáстыщка (№ 3);
▪ ленточка: лéнтыщку (№ 63), лéнтощкой, лéнтыщкой (№ 55, 21);
▪ лесочки: ле́сыщки (№ 24);
▪ мелкотравчистая: мелкотрáвщиста (№ 7);
▪ милёночек: милёнощик (№ 62);
▪ навстречу: навстрéщу (№ 57);
▪ наипаче12 : наипáще (№ 23а), наипáщи (№ 52);
▪ напеченные: напещёнаи (№ 44);
▪ начал: нáщил (№ 81);
▪ начальничек: нащáльнищек (№ 71);
▪ несчастьице: несщáстия (№ 57), несщáстьица (№ 51);
▪ ничего: нищевó (№ 78), нищё (№№ 41, 78);
▪ ночевать: нащавáть (№ 81);
▪ ночь, ночка, ноченька: нощь (№ 59), нóщка (№ 57), нóщинькя (№ 23);
▪ окошечко: якóшищка (№ 12а), на якóшещке (№ 65);
▪ очень: (в)óщинь (№ 68);
▪ пастушочек: пастушóщик (№ 81);
▪ перепёлочка: пиряпёлыщка (№ 3);
▪ печь: у пещи́ (№ 44);
▪ плакучая: плакýщея (№ 2);
▪ платочек: платóщик (№ 42);
▪ плачет, не плачь: плáщеть (№ 39), не плáщь (№ 2);
▪ плечи: плéщи (№ 44);
▪ повенчался: повенщáлса (№ 57);
▪ повозочка: повóзощка (№ 62);
▪ полечко: пóлещко (№ 62), в пóлещки (№ 57), во пóлещке (№ 71);
▪ полечу: полещý (№ 86);
▪ получилась: полущи́лыся (№ 51);
▪ приметочки: примéтищки (№ 60);
▪ простянёчек13: простянёщик (№ 64);
▪ прялочку: пря́лыщку (№ 64);
▪ пташечки: птáшещки (№ 61), птáшещкам, птáшещкым (№ 25);
▪ разлучать: разлущáть (№ 6);
▪ разнесчастная: разне[с]щáсныя (№ 75);
▪ раскачай, раскачалась: раскащáй (№ 28), раскащáлася (№ 11);
▪ распечатайтесь: распещáтайтесь (№ 28);
▪ расчёсывал: прирасщёсывал (№ 55);
▪ реченька: рéщенька (№ 65), рéщинькой (№ 23);
▪ ручки, рученьки: рýщки (№ 80), рýщеньки (№ 59), рýщиньки (№ 48, 61);
▪ садочек: из садóщка (№ 81);
▪ сердечко: сердéщко (№ 51);
▪ скатёрочки: скатёрыщки (№ 7);
▪ следичку: слéдищку (№ 53);
▪ словечушко: словéщушко (№ 9);
▪ соколичек: рассокóлищку (№ 60);
▪ солучалась: солущи́лыся (№ 51);
▪ суточек: сýтыщик (№ 51, 61);
▪ точно: тóщно (№ 77);
▪ тысячник: ты́сящник (№ 8);
▪ узорчистая: узóрщистыя (№ 7);
▪ улочки, переýлочки: вýлыщки (№ 24), перяýлыщки (№ 24);
▪ урядничек: (в)уря́днищек (№ 71);
▪ Фёдоровича: Хвёдырыща (№ 10а);
▪ цветочек: светóщик (№ 85);
▪ часы: щасы́ (№ 88);
▪ чем: щем (№ 63, 69);
▪ чёрны, чёрные: щёрныя (№; 59, 60), щёрны (№№ 13, 81);
▪ четвертак: щитвяртáк14 (№ 17);
▪ четвёрто: на щетвёрто (№ 2);
▪ чистили: щи́стили (№ 33);
▪ чистого, в чистом: щи́стыва (№ 13, 22), щи́стым (№ 20, 57), во щистóм (№ 71);
▪ чужие: при щужи́х (№ 63, 69).

В некоторых словах согласный [б] в начале слова заменяется на [г] или [д], например: гумажки вместо бумажки15 (№ 66), дрёвнышки вместо брёвнышки (в устной речи).

В говоре старообрядцев-«поляков» встречаются также особое прилагательное — свáдбишна песня и необычная форма отчества — Петровáновна вместо Петрóвна.

В некоторых словах наблюдается редукция (уменьшение) слогов:

▪ Григóрьич вместо Григорьевич (№ 2);
▪ щё вместо ещё (№№ 6, 10, 10а, 18, 19, 21, 30);
▪ нищё вместо ничего (№ 41);
▪ хошь вместо хочешь (№ 90).

В обычной речи встречается вставка лишних гласных букв, например, в словах: богачество, опосля, аржанóй16 голос. В пропеваемом тексте вставки гласных звуков после согласных — прием огласовок — Щуров обозначал только под нотами, например: «ох(ы), из(ы) раз(ы)дольица» (ноты № 22, с. 57). В разделе «Тексты песен» огласовки у него отсутствуют.

Хормейстер Николай Иванович Дорофеев17, знающий народные песни старообрядцев Забайкалья как исполнитель-практик, отмечал одну специфическую особенность, «аналога которой в русской песенной традиции нет. Речь идет о природе и характере вставок в слова текста дополнительных слогов и гласных, которые отсутствуют в разговорной речи семейских. Появление подобных дополнительных слогов связано с традицией семейского распева и имеет чисто музыкальную природу. Так, например, фраза “Сорву я в поле черёмушку” из песни “Расчерёмушка” в семейском распеве, с введением дополнительных слогов и междометий и применением
словообрыва, из восьмисложной превращается в двадцатисложную: “Сор-ву в по-ли ча-рё… и эх да ча-рё… ча-рё-(я)-(ва)-му-(э)-му-ш(и)-ку”»18.

Вставки дополнительных слогов и гласных являются неотъемлемой частью песенного текста не только семейских Забайкалья, но и «поляков» Алтая, так как в период от основания Стародубского центра19 (1685 год) до разгрома Ветки20 (1764) и переселения в Сибирь, в течение почти 80 лет предки обеих старообрядческих ветвей жили в Польше вместе. В это время шел естественный процесс формирования общего пласта традиции народной культуры — материальной и духовной, в том числе — песенной. Певческие приемы, сложившиеся до разделения старообрядцев на две ветви, их потомки на Алтае и в Забайкалье пронесли сквозь века до наших дней.

Вставку [во] «поляки» используют не только в лирических песнях, как семейские, но и в хороводной «Лети, калена стрела» (№ 39), варианты которой старообрядцы унесли с собой в Сибирь с Ветки и Стародубья. «Поляки» поют: «не застрé(во)ль, стрела», «как по мó(во)лыдсу» плакыть некыму», «матка стá(во)рая».

В некоторых случаях вставка [во] имеет самостоятельное значение, так как гласная предыдущего слога на нее не влияет, например:

▪ [а] – [во]: «Ой, да уж вы, брá(во)тсы» (№ 50), «стá(во)рая» (№ 39);
▪ [е] – [во]: «Не застрé(во)ль, стряла» (№ 39).

В других — вставной слог повторяет предшествующую гласную слога. Например, как в лирической песне «Ой, да уж вы, братцы, да вы мои товарищи» (№ 50):

▪ [о] – [во]: «в свою стó(во)рыну-то»;
▪ [у] – [ву]: «ждý(ву)ть-то».

«Йотирование», то есть вставки при распеве гласного звука с атакой с помощью звука [j], например, [а]–[я], в издании 2004 года в разделе «Тексты песен» также отсутствуют. Однако этот прием отражен в нотном разделе, например: «не пла(я)кала» (ноты № 2, с. 34), «бо(ё-ё)льший сват» (ноты № 8, с. 40), «вулица(я)», «широ(ё)кенькыя» (ноты № 40, с. 75). В нашей редакции йотирование выписано и
в текстах песен:

На щетвёрто пóля взъехала, да
Затужила, заплá(я)кала, да.

Затужила, заплакала, да.
Стал её Пашенька (й)упрá(я)шивать, да

Стал Григорьич он умá(я)ливать, да:
— Ты не плащь, моя Мá(я)нюшка, да
[№ 2, ноты с. 34; текст с. 147]

После гласных [и], [ы] йотирование дано с согласным [й]:

▪ [и]–[йи]: ми́(йи)лые (ноты № 24, с. 58);
▪ [ы]–[йи]: тебя вы́(йи)купить (текст № 2, с. 147).

В остальных случаях используется сокращенная форма обозначения без [й]. После гласной [а] вставляется [я], после [о]–[ё] и т. д. В словах с йотированием литературная форма не сохраняется. Так, вставка [я] — это йотирование гласного [а], поэтому, например, вместо «донских» написано «да(я)нски́х» (текст № 48а, с. 165).

Примеры йотирования ударного слога:

▪ [о]–[йо]–[ё]: бó(ё-ё)льший сват (ноты № 8, с. 40); кó(ё-о)нюшки (ноты № 10, с. 42).

Тот же принцип в отношении гласных [ё], [у], [е]:

▪ [ё]–[йо]–[ё]: дитё(ё)-то (текст № 25, с. 156)
▪ [у]–[йу]–[ю]: за дý(ю)бый стол (текст № 7, с. 149) распý(ю)щены, попý(ю)тыны (ноты № 10, с. 42), занý(ю)здыны (ноты № 10, с. 42)
▪ [е]–[йэ]–[е]: лé(е)сы, сянé(е)й (текст № 24, с. 156).

«Поляки» используют также двойные вставки: йотирование + [во]:

▪ [а]–[я]–[во]: при собрá(я-во)н[ь]ицы (ноты № 12, с. 45);
▪ [ё]–[во]: при вясё(ё-во)лым (ноты № 12, с. 45).

Вставки [я] и [во] взаимозаменяемы. В Черемшанке в разные годы были записаны два варианта песни «Лети, калена стрела». В 1979 году ансамбль спел «не застрé(во)ль, стряла», а в 1982 — «ты застрé(е)ль, стрела» (фонограмма № 39.2). Аналогично в другой строфе: «матка стá(во)рая» (аудио № 39) и «матка стá(я)рыя» (звуковой файл № 39.2).

Традицию старообрядцев-«поляков» В. М. Щуров так охарактеризовал в аннотации к альбому пластинок «Русские песни Южного Алтая»: их песни «звучат преимущественно в среднем и низком регистре, строго и серьезно по настроению. Голоса движутся параллельно, преобладает двухголосная фактура. Основной голос — нижний, ему противопоставляется верхний подголосок. Каждая песенная строфа, как правило, начинается сольным запевом, затем следует хоровой21 подхват. Строфы имеют завершенное строение и отделяются одна от другой цезурами. Важную роль в ритмической организации напева играют четкие паузы одновременно во всех голосах. В некоторых свадебных песнях завершение напева не совпадает с завершением стиха, в результате чего возникают пластичные полиструктуры»22.

Верхний голос («подголосок») всегда исполняет одна певица, которую называют «подголóсником» или «голосникóм». Она должна «тянуть», «вытяга́ть» свою партию. Порой верхний голос повышает звучание песни, увлекая вслед за собой весь ансамбль. Когда «голосник» едва справляется со своей мелодической линией, запевала понижает23 следующую строфу на один или два тона. В песнях с большим
количеством куплетов высоту могут менять несколько раз. Например, в свадебной «При девичьем было вечере» (№ 12, текст на с. 151) запевала понижает ее трижды — в 7, 9 и 15-й строфах (фонограмма с 3:53)

В начале XXI века культура старообрядцев Забайкалья занесена ЮНЕСКО в Список шедевров устного и нематериального культурного наследия человечества (англ. Intangible Cultural Heritage List) — «Культурное пространство и устное творчество семейских» (2001, 2008). Культура старообрядцев-«поляков», к сожалению,
не получила такой известности.

С момента записи песен, представленных в этом издании, прошло около сорока лет. Два села — Зауба и Александровка — упразднены, так как жителей в них не осталось. Экспедиционные записи музыкального фольклора старообрядцев-«поляков» стали памятниками истории и культуры этой этноконфессиональной группы русского старожильческого населения Алтая. Для постижения стиля уникальной самобытной традиции важны как отдельные фонограммы, так и их варианты. Внимательно вслушиваясь в голоса народных исполнителей, можно выучить и сохранить их песни.
Надеемся, диск найдет своего адресата как среди профессиональных исполнителей, так и у любителей народной песни.

  1. РФ НЦНМ — Рукописный фонд Научного центра народной музыки имени К. В. Квитки.
  2. Редукция (лат. reducire — сокращать) — лингвистический термин, обозначающий ощущаемое человеческим ухом изменение звуковых характеристик речевых элементов, вызванное их безударным положением по отношению к другим — ударным элементам.
  3. Потанин, Григорий Николаевич (1835, Ямышевская крепость — 1920, Томск) — российский географ, этнограф, фольклорист, ботаник, публицист, общественный деятель. Действительный член Императорского Русского географического общества, почётный член Западно-Сибирского отделения Императорского Русского географического общества.
  4. Потанин Гр. Юго-западная часть Томской губернии в этнографическом отношении (Заметки об языке. Местные слова. Географические собственные имена. Поговорки. Пословицы. Песни) // Этнографический сборник / Императорское Русское географическое общество. Выпуск VI. Санкт-Петербург: В типографии В. Головина, 1864. С. 1–154. (Прим.: текст 4 я
  5. Потанин Гр. Юго-западная часть Томской губернии в этнографическом отношении. С. 2.
  6. Около города Семипалатинска, на Иртыше.
  7. В Кулундинской степи.
  8. В деревне Шигарке, около Томска.
  9. Потанин Гр. Юго-западная часть Томской губернии в этнографическом отношении. С. 2–3.
  10. В 1768 году часть новой Колывано-Кузнецкой пограничной линии была укреплена тремя крепостями: Ануйской, Катунской и Бийской. Участок Бийской казачьей линии от крепости Усть-Каменогорской до названных крепостей, состоял из форпостов, редутов (защит) и маяков: защита Бобровская, редут Секисовский, защита Верх-Убинская. Далее (на территории нынешнего Алтайского края): защита Плоская, форпост Верх-Алейский, маяк Ключевской,
    защита Белорецкая, редут Андреевский, форпост Тигерекский, защита Тулатинская, форпост Чарышский, защита Маральих Рог, маяк Слюденский, форпост Антоньевский (рис. 1). Варианты названий населенных пунктов даны по карте, опубликованной в «Военной энциклопедии» под редакцией В. Ф. Новицкого. (См.: Колывано-Кузнецкая пограничная линия // Военная энциклопедия / под ред. В. Ф. Новицкого и др. Т. 13. Санкт-Петербург: Товарищество И. В. Сытина, 1913. С. 49).
  11. Белила.
  12. Наипаче — наиболее, в особенности.
  13. Простянёчек — уменьшительно-ласкательное от «простянёк» — то же, что «просте́нок»: 1) веретено с напряденными на него нитками; 2) количество ниток, напряденных на веретено.
  14. Четвертáк — от слова «четверть», то есть четвёртая часть денежной суммы. Может обозначать двадцать пять копеек (российская серебряная монета).
  15. Бумажки; деньги, изготовленные из бумаги (бумажные деньги).
  16. См.: Махова Л. П. Мужские исполнительские приемы «польских старообрядцев» Сибири // Звук в традиционной народной культуре: сборник научных статей с аудиоприложением на компакт-диске / сост. Н. Н. Гилярова. Москва: Научтехлитиздат, 2004. С. 110. URL: http://library.conservatory.ru/fulltext/Sound/Sound_99-149_Mahova.pdf
  17. Дорофеев Николай Иванович — хормейстер, преподаватель Восточно-Сибирского института культуры, самодеятельный композитор, создатель и руководитель Забайкальского семейского народного хора в г. Улан-Удэ (первое выступление состоялось в 1967 г.).
  18. Дорофеев Н. И. О певческих традициях семейских // Дорофеев Н. И. Русские народные песни Забайкалья. Семейский распев. Москва: Советский композитор, 1989. С. 19.
  19. Стародубский духовный центр старообрядчества был основан в 1685 г. московскими купцами под руководством Кузьмы от Всех святых на Куличках. За ними последовали крестьяне
    из Калуги, Орла, Ярославля, Костромы, Великих Лук, Вязьмы, Юрьево-Польского и других мест.
  20. В Ветку старообрядцы переселялись из Московской, Белгородской, Новгородской, Смоленской, Воронежской и Нижегородской губерний России.
  21. Точнее, ансамблевый.
  22. Щуров В. М. Русские песни Южного Алтая: аннотация к двойному альбому пластинок (2 LP. С 20 19883 005, см. сноску 13).
  23. Понижение высоты запева см. в фонограммах: № 49 (4-я строфа); № 51 (8-я строфа), № 60 (5-й запев), № 68 (после запева 3-й строфы, перед вступлением ансамбля), № 74 (4-я строфа).

One Reply to “Песни Убинско-Ульбинской долины: особенности воспроизведения песенных текстов”

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.